Главная / Новости / Новости предприятия / Черная быль: воспоминания...

Черная быль: воспоминания энергетиков-ликвидаторов

26 апреля – Международный день памяти о чернобыльской катастрофе.

Мы продолжаем серию публикаций-воспоминаний наших коллег-энергетиков, принимавших участие в ликвидации аварии на ЧАЭС.

Вспоминает работник филиала «Минская ТЭЦ-4» РУП «Минскэнерго» начальник цеха тепловой автоматики и измерений Шинкевич Сергей Владимирович:

«В 1986 году после окончания БГУ я служил офицером во Львове, в мотострелковом полку. Служил вместе с другом, с которым и учились вместе в одной группе. У нас частенько объявляли учебные тревоги с построением на плацу всего личного состава, с оружием или без. И к таким тревогам мы уже привыкли, не волновались. Но, как-то раз тоже объявляют тревогу. Мы построились. Командир сообщает, что под Киевом, в Чернобыле взорвалась АЭС, а потому срочно нужно готовиться к отправке вместе с техникой (БТР и машины), и еще добавил, что оружие не берем, только штык-ножи и химзащиту. На железнодорожном вокзале погрузили на платформы технику, сели в поезд и поехали в Киев. Вначале прибыли в Киев, потом еще куда-то, потом приехали в лес, на какую-то поляну. Поступила команда выгружаться, устанавливать палатки и строить лагерь.

Задачей нашего полка было охранять выселенную зону от мародеров. Зону оградили колючей проволокой, установили сигнализацию. Вот целый месяц мы ее и охраняли. Офицерам выдали дозиметры-авторучки. Там местность такая: дорога, с одной стороны и лес, а с другой – деревня. Вдоль дороги со стороны леса «колючка», там «зона», то есть высокий уровень радиоактивности.

Вдоль проволоки, на расстоянии примерно через километра 3-4, поставили палатки, это наши «посты». Я, командир взвода, (во взводе у меня служили солдаты 13 национальностей), развожу бойцов на эти посты, назначаю старшего, заступили на сутки. На каждый пост офицера не хватало, старшими были сержанты.

Офицера солдаты уважают, когда с ними разговариваешь, как с равными. Я не приказывал, а говорил – мужики, надо сделать, и сам делал вместе с ними. Да я к тому же сам перед поступлением в ВУЗ отслужил солдатом, т.е. их жизнь солдатскую и службу знал не понаслышке.

Как-то поехали в выселенную деревню. По улице бегают куры и кролики. Полная тишина. Словил себя на мысли, что это – другая планета, просто какой-то непонятный ужас висел в воздухе. Людей эвакуировали очень быстро, не давали времени на сбор вещей, брали только документы и ценности. Смотришь в окно дома – на столе стоят тарелки с обедом и приборами. Ощущение, что хозяева вот-вот вернутся и сядут за накрытый стол. Дома не заперты. Во дворах — машины, мотоциклы. В общем, казалось, как будто за тобой кто-то невидимый наблюдает… И никак невозможно было представить что эта деревня уже никогда не станет живой, не увидит свадьбы счастливых молодоженов, не услышит детский смех и даже не похоронит стариков. Я такого чувства опустошения, наверное, больше никогда не испытывал.

Эти дни навсегда останутся со мной».